Неточные совпадения
Одни судили так:
Господь по небу шествует,
И
ангелы его
Метут метлою огненной
Перед стопами Божьими
В
небесном поле путь...
— Когда вас увели, она еще долго металась, моя голубушка, точно вот здесь ее давило что-то; потом спустила головку с подушек и задремала, так тихо, спокойно, точно
ангел небесный.
Да, батюшка, вашу маменьку вам забывать нельзя; это не человек был, а
ангел небесный.
— Ну, теперь пойдет голова рассказывать, как вез царицу! — сказал Левко и быстрыми шагами и радостно спешил к знакомой хате, окруженной низенькими вишнями. «Дай тебе бог
небесное царство, добрая и прекрасная панночка, — думал он про себя. — Пусть тебе на том свете вечно усмехается между
ангелами святыми! Никому не расскажу про диво, случившееся в эту ночь; тебе одной только, Галю, передам его. Ты одна только поверишь мне и вместе со мною помолишься за упокой души несчастной утопленницы!»
У нас в Москве, в допетровскую старину, такие же почти драматические представления, из Ветхого Завета особенно, тоже совершались по временам; но, кроме драматических представлений, по всему миру ходило тогда много повестей и «стихов», в которых действовали по надобности святые,
ангелы и вся сила
небесная.
Он прочел еще 7-й, 8-й, 9-й и 10-й стихи о соблазнах, о том, что они должны прийти в мир, о наказании посредством геенны огненной, в которую ввергнуты будут люди, и о каких-то
ангелах детей, которые видят лицо Отца
Небесного. «Как жалко, что это так нескладно, — думал он, — а чувствуется, что тут что-то хорошее».
А вот если б
ангел сей
небесный из сахарной ручки удостоил поднести…
По слову Спасителя, каждый человек имеет своего ангела-хранителя,
небесного двойника.
И если Господь Иисус воплотился в человека, но не в одного из
ангелов, при всей их близости к Престолу Божию, то и это служит доказательством, что полнота образа Божия принадлежит только человеку, и ее не имеют даже силы
небесные.
И даже «первейший открыватель и самый всеобщий носитель свойств беспредикатного Эн, Метатрон, первородный сын божий, стоящий во главе всех других Зефиротов и управляющий ими» (69), которому усвояются все предикаты Иеговы, «имя которого есть как имя Божие», «несмотря на всю возвышенность свою над другими Зефиротами, отнюдь не имеет божественной природы; он есть тварь в ряду других тварей, хотя бы первейшая и более чистая… он называется
ангелом и причисляется к Зефиротам, называется слугою Иеговы, хотя и старейшим; точно так же Метатрон носит название Адама Кадмона83, первого
небесного человека, в том смысле, что он есть первое и совершеннейшее творение Божие, по образу которого создан и Адам, — поэтому Метатрону часто усвояется эпитет creatus»84 (71).
Ближайшее участие
ангелов в событиях нашего спасения и в молитвенном предстоянии Богу при совершении таинств многообразно выражается в нашей литургике [Возьмем только обычную литургию: «херувимская», «победную песнь поюще»; на литургии преждеосвященных даров — «ныне силы
небесные с нами невидимо служат»; на литургии Великой субботы: «да молчит всякая плоть человеча… предходят же Сему лики ангельстии, со всяким началом и властию, многоочитии херувими и шестокрылатии серафими».
Так и
Ангелы, славословящие Бога, становятся «
небесными воинствами», разящими и воинствующими: «…и произошла на небе война, Михаил и
Ангелы его воевали против дракона, и дракон и
ангелы его воевали против них» (Апок. 12:7).
Любовь Андреевна(глядит в окно на сад). О, мое детство, чистота моя! В этой детской я спала, глядела отсюда на сад, счастье просыпалось вместе со мною каждое утро, и тогда он был точно таким, ничто не изменилось. (Смеется от радости.) Весь, весь белый! О сад мой! После темной ненастной осени и холодной зимы опять ты молод, полон счастья,
ангелы небесные не покинули тебя… Если бы снять с груди и с плеч моих тяжелый камень, если бы я могла забыть мое прошлое!
Перецеловались все, приговаривая: «Христос посреди нас со
ангелами, со архангелами, с серафимами, с херувимами и со всею силою
небесною».
Марко Данилыч сам никому ничего не давал, опричь рыбных и разных других запасов, что присылал к матушке Манефе, Дуня всем раздавала, от Дуни все подарки шли; за то и блажили ее ровно
ангела небесного.
Прости меня, Господи, прости, владычица Богородица, простите,
ангелы, архангелы, херувимы, серафимы и вся сила
небесная!..
—
Небесная, мой друг, святая, чистая, непорочная… От Бога она идет,
ангелами к нам на землю приносится, — восторженно говорила Марья Ивановна. — В той любви высочайшее блаженство, то самое блаженство, каким чистые души в раю наслаждаются. То любовь таинственная, любовь бесстрастная… Ни описать ее, ни рассказать об ней невозможно словами человеческими… Счастлив тот, кому она в удел достается.
То помни, Машенька, что
ангелы небесные ликуют и радуются, когда языческая душа вступает в ограду спасения, но все
небесные силы в тоске и печали мечутся по небу, ежели «приведенная» душа возвратится вспять и снова вступит на погибельный путь фарисейский.
«Ровно
ангел Господень с даром
небесным прошел», — так подумалось Петру Степановичу, когда глядел он вслед уходившей красавицы.
Будешь свободная все делать, будешь блаженна и здесь, на земле, будешь блаженна, как
ангел небесный, будешь райские радости видеть, будешь сладкое ангельское пение слышать.
На потолке были изображены парившие в небесах
ангелы, серафимы, херувимы, девятью кругами летали они один круг в другом, а в середине парил святый дух в виде голубя с сиянием, озаряющим парящие круги
небесных сил.
Ай у нас на Дону
Сам Спаситель во дому.
Со
ангелами, со архангелами,
С серафимами, с херувимами
И со всей-то силой
небесною…
Эка милость, благодать,
Стала духом обладать!..
Богу слава и держава
Во́ веки веков. Аминь.
— Кто ее знает… Теперь вот уж более пятнадцати лет, как этакую дурь на себя напустила, — сказал Василий Петрович. — Теперь уж ей без малого сорок лет… Постарела, а посмотреть бы на нее, как была молоденькой. Что за красота была. Просто сказать —
ангел небесный. И умная она барыня, и добрая.
Разве
ангел бесплотный или иная
небесная сила…
«Ты прости-прощай, говорит, небо ясное, ты прости-прощай, солнце красное, вы прощайте, месяц и звезды
небесные, вы прощайте, моря, озера и реки, вы прощайте, леса, поля и горы, ты прости-прощай, мать-сыра-земля, вы простите,
ангелы, архангелы, серафимы, херувимы и вся сила
небесная».
— Это точно… Сказано в Писании, — ответил Василий Борисыч, — однако в том же Писании и житие иноческое похваляется, ангельский бо чин есть… Земные
ангелы,
небесные человеки!.. Только известно: не всякому дано — могий вместити да вместит.
Буря в душе закипела, когда Фленушкины речи коснулись слуха его, и вдруг будто
ангел мирный,
небесный крылом благодатным ту бурю покрыл… Дуни слова тихий покой на его разъяренную душу навеяли.
Емлют они,
ангелы, души из телес горящих и приносят их к самому Христу, Царю
Небесному, а он, свет, их благословляет и силу им божественную подает…
Это и есть Божий клад… серебро
ангел Господень с ясного месяца берет, а камни самоцветные со звезд
небесных…
— Когда Господь поволит мать сыру-землю наградить, — продолжал Артемий, — пошлет он
ангела небесного на солнце и велит ему иверень [Иверень — осколок, черепок, небольшая отбитая часть от какой-нибудь вещи.] от солнца отщербить [Отщербить — отбить, отломить, говоря о посуде и вообще о хрупкой вещи.] и вложить его в громовую тучу…
Таким раем, таким богоблагодатным жительством показался ему Красноярский скит, что, не будь жены да дочерей, так хоть век бы свековать у отца Михаила. «Нет, — думал Патап Максимыч, — не чета здесь Городцу, не чета и бабьим скитам… С Рогожским потягается!.. Вот благочестие-то!.. Вот они, земные
ангелы,
небесные же человеки… А я-то, окаянный, еще выругал их непригожими словами!.. Прости, Господи, мое согрешение!»
Консисторским да благочинному тоже пить-есть надо, не
ангелы во плоти, не манной
небесной питаются.
И раскрой ты перед ним с той стороны, над церковью, небо, и чтобы все
ангелы во свете
небесном летели встречать его.
И что ж, что я ее люблю, — продолжал я вдохновенно и сверкая глазами, — я не стыжусь этого: мама —
ангел небесный, а она — царица земная!
— C'est un ange, c'est un ange du ciel! [Это
ангел,
ангел небесный! (франц.)] — восклицал он. — Всю жизнь я был перед ней виноват… и вот теперь! Chere enfant, я не верю ничему, ничему не верю! Друг мой, скажи мне: ну можно ли представить, что меня хотят засадить в сумасшедший дом? Je dis des choses charmantes et tout le monde rit… [Я говорю прелестные вещи, и все хохочут… (франц.)] и вдруг этого-то человека — везут в сумасшедший дом?
— Ну, Господи… ну, Господь с тобой… ну, храни тебя
ангелы небесные, Пречестная Мать, Николай-угодник… Господи, Господи! — скороговоркой повторяла она, все крестя меня, все стараясь чаще и побольше положить крестов, — голубчик ты мой, милый ты мой! Да постой, голубчик…
В то утро был
небесный свод
Так чист, что
ангела полет
Прилежный взор следить бы мог...
Но Егор Егорыч погружен был в какие-то случайные размышления по поводу не забытого им изречения Сперанского, который в своем письме о мистическом богословии говорил, что одни только
ангелы и мудрые востока, то есть три царя, пришедшие ко Христу на поклонение, знали его
небесное достоинство; а в кельнском соборе отведено такое огромное значение сим царям, но отчего же и простые пастыри не символированы тут? — спросил он вместе с тем себя.
Начатки духовной жизни во Христе бывают слабы: Христос рождается в яслях от бедной, горькой Марии; одне высшие духовные силы нашего бытия,
ангелы и мудрые Востока, знают
небесное его достоинство; могут однакоже и низшие душевные силы, пастыри, ощутить сие рождение, если оне бдят и примечают.
— А уж как бы мы-то, ваше превосходительство, рады были! точно бы промеж нас тут царствие
небесное поселилося! ни шуму, ни гаму, ни свары, тихо, благородно! И сколько мы, ваше превосходительство, вас здесь ждем — так это даже сказать невозможно! точно вот
ангела небесного ждем — истинное это слово говорю!
Человек рожден «для того, чтоб сделаться достойным обитать в
небесных селениях и быть вчинену в сонм святых
Ангелов» [См. там же, с. 53.], т. е. призвание человека ангельское и потому пассивное и нетворческое.
—
Ангелы стоят за старика, — продолжал мельник таинственно и как бы сам удивленный тем, что он видит, —
небесные силы стоят за него; трудно будет заговорить твою саблю!
—
Ангелы небесные! — воскликнула майорша и, прижав к своим губам руки попадьи и Синтяниной, впилась в них нервным, прерывистым и страстным поцелуем, который, вероятно, длился бы до нового истерического припадка, если б отец Евангел не подсунул шутя своей бороды к лицам этих трех скученных женщин.
Царь
небесныйПриял меня в лик
ангелов своих,
И я теперь великий чудотворец!
Всплеснула маленькими красивыми руками, брякнула золотым браслетиком, засмеялась нежно, словно заплакала, достала платочек, — вытереть слезы, — и нежным ароматом повеяла на Хрипача. И Хрипачу вдруг захотелось сказать, что она «прелестна, как
ангел небесный», и что весь этот прискорбный инцидент «не стоит одного мгновенья ее печали дорогой». Но он воздержался.
— Ничего-о! — слышал Илья скрипучий голос Еремея. — Ты только одно знай — бог! Ты вроде крепостного у него… Сказано — раб! Бог твою жизнь видит. Придёт светлый день твой, скажет он
ангелу: «Слуга мой
небесный! иди, облегчи житьё Терентию, мирному рабу моему…»
Вы черные власы на мрамор бледный
Рассыплете — и мнится мне, что тайно
Гробницу эту
ангел посетил,
В смущенном сердце я не обретаю
Тогда молений. Я дивлюсь безмолвно
И думаю — счастлив, чей хладный мрамор
Согрет ее дыханием
небеснымИ окроплен любви ее слезами…
— Вот оно что… — заметил Михайло, которого этот рассказ, видимо, взволновал. — Истинные чудеса… Царство
небесное покойнику, и при жизни не человек, а
ангел был, так, видно, и там остался.
— Да предыдет пред тобою
ангел господень и да сопутствует тебе благословение старика, который… всевышний! да простит ему сие прегрешение… любит свою земную родину почти так же, как должны бы мы все любить одно
небесное отечество наше!
— Одна дочка, родимый, Анастасья Тимофеевна —
ангел небесный!